В детстве все мечтают быть космонавтами. Хотя бы минуту своей жизни. Со временем, эта мечта растворяется в желаниях, страстях, деньгах и вине. Но не у всех. Для меня мечта о полете в космос навсегда останется кровоточащей занозой где-то в районе сонной артерии, начинающей болеть всякий раз, когда я задираю голову вверх в безоблачную ночь.

В этот день заноза не болела. Она плакала. Где-то в казахской степи… ровно 9 минут, пока ракета удаляется от земли в атмосферу.

На пуск собралось много людей. Оказалось, что это весьма популярное развлечение – не менее тысячи человек наблюдали старт с разных площадок. В первую очередь, это работники РосКосмоса, дублирующий экипаж (вот уж кто, наверное, рыдал в подушку накануне), их родственники и журналисты вроде нас.

Сначала мы попали на площадку, из которой космонавты выходят на улицу после двухнедельного карантина и рапортуют госкомиссии о своей готовности. Для большинства людей выход был рядовым процессом – ну, в самом деле, открылась дверь, трое людей в скафандрах прошли 100 метров, что-то отрапортовали командиру старта, после чего их увезли в автобусах к ракете. Но… это не так. Все глубже. Когда смотришь в глаза космонавтов, уже отвыкших от такого внимания, понимаешь, что означает фраза « буря эмоций». Что чувствует человек, чья мечта о полете в космос сбывается и он идет к ней пешком, по асфальту космодрома с чемоданом в руках? Радость, страх, гордость за себя и свою страну, за человечества в целом. Я стоял в 50 сантиметрах от Шенон Уилок и мне казалось, что я почувствовал легкую дрожь под ее скафандром.

Все сопровождалось каким-то странным звуком… Это двигатели автобусов, везущих космонавтов на стартовую площадку, работают с каким-то особым гулом. Каким-то холодным, тревожным, неземным. Но понимание «автобусной природы» приходит позже. В момент выхода космонавтов тебе кажется, что это гул летающих тарелок, зависших в метре над землей, готовых к полету к незнакомым звездам.

Когда космонавтов увезли, мы отправились на стартовую площадку следом. Ракета стартует в 3:30 утра. У Земли есть ровно 2 минуты на старт – пока МКС пролетает над нужным участком орбиты. Если упустить это окно, старт переносится на сутки. Но в этот раз все пошло по плану…

Я не знаю, как описать старт. Ни одна камера, ни фото, ни видео, — неспособны передать эти ощущения. Когда ты смотришь на ракету по телевизору – это не более, чем картинка. Красивая и только. Но с расстояния 1500 метров – ракета живая. Она подсвечивается с разных сторон и выглядит так, словно под ее корпусом не топливо, оборудование и космонавты, а наша (человечества) дипломная работа на тему «мы хотим жить на других планетах». Под обшивкой – все наши знания, наши надежды и лучшие представители рода – космонавты. Мы запускаем ракету и, словно в очередной раз надеемся, что дипломная работа будет засчитана.

В момент старта ракета вспыхивает и начинает издавать рокот… этот звук нельзя спутать ни с чем – он словно сплетается с каждой клеткой твоего организма, который столбенеет и начинает дрожать в унисон. Ни один прибор или живое существо неспособны передать рокот ракеты, поэтому организм начинает жадно впитывать каждую секунду, каждый децибел, ведь для него это, в каком-то смысле, реально внеземные ощущения.

Через секунду в лицо бьет тепло от двигателей, и ракета начинает движение вверх. Плавно, словно в мире не существует никакой силы тяготения. Я смотрел как лепестки огня из сопел уменьшаются на горизонте и отчетливо чувствовал слезы, текущие по щекам. Через несколько минут у ракеты отстреливается третья ступень и небо меняется – в точке ухода ракеты из атмосферы на пол горизонта расплывается огромный цветок – серо-розового цвета, напоминающий смесь северного сияния и самого красивого океанского заката на экваторе. В этот момент невозможно двигаться, невозможно думать, невозможно дышать.

Постепенно точка скрывается за горизонтом и чувства начинают возвращаться.
Но заноза в сердце будет отныне ныть еще больнее.

Перейти на сайт